- 17 июля был юбилей легендарной фразе о том, что в «Советском союзе секса нет». Она, правда, прозвучала несколько в ином контексте. Но тем не менее, на долгое время она превратилась в одну из главных характеристик нравов советского общества. Как показывали любовь в советском кинематографе? Там ведь отношения героев действительно часто отличались абсолютно детской чистотой и наивностью. На театральных и эстрадных сценах сексуальность тоже категорически не приветствовалась. Некоторые считают сегодня, что это было правильно - так формировалась общественная мораль. В периоды, когда страна то занималась индустриализацией, то восстанавливалась после войны, было очень важно прививать людям определённую модель поведения, поддерживать в обществе оптимистичный настрой, веру в светлое будущее, чистоту чувств. И приводят в пример Кодекс Хейса, который во время Великой депрессии строго регламентировал, что можно показывать на экране, а что нет. Есть ли в этом рациональнее зерно?
- Мне кажется, что рационального зерна тут нет, а вот идеология - есть. Ведь сразу после революции в 1917-м году у нас произошла настоящая сексуальная революция под лозунгом «Долой стыд». Семья как буржуазный предрассудок умерла, - говорил Троцкий. А потому заняться удовлетворением потребностей - все равно что выпить стакан воды. По улицам ходили группы обнаженных людей, в том числе на демонстрациях по Красной площади, в городах стали появляться нудистские пляжи. «На днях в Москве появились совершенно голые люди с повязками через плечо «Долой стыд». Влезали в трамвай. Трамвай останавливали, публика возмущалась», - вспоминал Михаил Булгаков в 1924-м. Мероприятия проходили под лозунгами: «Мы уничтожили чувство стыда! Посмотрите на нас, и увидите свободных мужчин и женщин, истинных пролетариев, сбросивших оковы символов буржуазных предрассудков!», поддержку им оказывала Александра Коллонтай, например. В искусстве это нашло мгновенный отклик. Футуристы, феминистки, литераторы, художники и кинематографисты в лице Родченко, Серова, Маяковского, Дзиги Вертова в кино, и многие другие пытались с нуля создать новый образ гражданина. Обнаженка прилагалась к этому образу, потому что это было максимально противоположное тому, что было при царизме.
Все это прихлопнули с приходом Сталина к власти, и смены НЭПа на индустриальный большевизм. Ведь начали строить коммунизм, и потом даже появился письменный Моральный кодекс строителя коммунизма в 1961-м. Но даже задолго до его появления Сталин, будучи весьма консервативным в нынешнем понимании политиком, запретил обнаженку во всех сферах искусств. Ему была нужна массовая рабочая сила на стройках заводов и ГЭС, и еще в колхозах. Без участия женщин это было поднять нереально, - поэтому спортсменкам дали в руки весло, а всех остальных отправили в колхозы, на заводы и стройки. Нечего соблазнять мужчин, надо работать с утра до вечера! Тем более с рождаемостью в те годы было и так все хорошо. В кино началась эпоха "производственных" фильмов, продолжившаяся почти до перестройки. За это давали Госпремии, большие деньги. Возьмите «Свинарку и пастух» (1941), комедийный шедевр Ивана Пырьева, или «Кубанские казаки» (1949) того же Пырьева, или «Высоту» (1957) Александра Зархи, - любовь главных героев там вообще не подразумевает ничего телесного, зато соревнование между ними по выполнению производственного плана есть. И это продолжалось много лет, до самой перестройки! Любая эротика объявлялась "тлетворным влиянием Запада". Это была настоящая государственная цензура по идеологическим причинам.
В Америке был почти аналогичный по форме Кодекс Хейса, но причины его появления было радикально иными. Голливуд в 30-е годы столкнулся с бойкотом кинопрокатчиков, прежде всего в южных консервативных штатах. Там запрещали фривольные фильмы на уровне штатов. Чтобы избежать этих финансовых потерь, а заодно той самой государственной цензуры (!), - пригласили ярого католика-республиканца Уильяма Хейса составить свод этических ограничений. Он составил такой кодекс, что даже роды, смешанные браки, мат, любую наготу, любых политиков или духовенства в негативном ключе запрещалось показывать. Это было под соусом «католики задают ограничения евреям» (подразумевалось руководство голливудских студий, причем евреи были преимущественно российского происхождения). И прошло! Примерно лет 30 Голливуд жил по этим высосанным из пальца негласным правилам, потерял много чего (включая покоцанные шедевры типа «Касабланка», например). А потом просто разом отказался от него. Знаете, почему? Потому что на кинорынок США в 60-е хлынули фильмы из Европы (Италия, Великобритания, Франция), где такого кодекса нет. Голливуд почувствовал, что проигрывает в деньгах, и мигом все отменил!
- Когда в отечественном кинематографе начали намечаться послабления на этот счет и с чем они были вызваны? Какие фильмы можно считать родоначальниками «советской сексуальной революции»?
- Вторая сексуальная революция у нас случилась после перестройки, в 90-е. Но творческие люди не были идиотами, они тыкали и тыкали в эту плотину запретов постоянно. Многие помнят эротическую сцену соблазнения Семена Горбункова (Юрий Никулин) стриптизом Светланы Светличной в «Бриллиантовой руке». Но не все знают, почему ее не вырезали. Леониду Гайдаю удалось отстоять ее благодаря идеологическому обоснованию: противопоставление правильной скромной советской женщины в лице жены Горбункова - развратной антисоветской блондинке. В «Экипаже» Александра Митты есть постельная сцена Леонида Филатова и Александры Яковлевой, так вот там вырезали 4/5 сцены, но остальное оставили из-за обоснованности сюжетом. А уж как боролся Андрей Тарковский за сцены в «Андрее Рублеве» с языческим ритуалом обнажения в праздновании Ивана Купала... Только в 1987 году фильм показали в полном объеме. Жизнь состоит в том числе из любовных и постельных сцен, - запрет был для кино нелеп и неразумен. Главное, как это показать, это искусство или не искусство!
В 90-е творилось всякое. Понятно, что плотину запретов сломали «Маленькая Вера» Василия Пичула, «Зимняя вишня» Игоря Масленникова и «Интердевочка» Петра Тодоровского. Наталья Негода, Елена Сафонова и Елена Яковлева стали секс-символами времени. Но снималось и много фильмов, где был явный перебор и отсутствие вкуса. Такого было больше, если честно.
Сегодня ситуация нормализовалась, на мой взгляд. Есть много фильмов и сериалов вообще без эротического контекста, если не считать подтянутые фигуры актрис и актеров. Большинство актеров строго следят за своей фигурой. Где-то есть эротика, где-то есть постельные сцены, но они полностью оправданы сюжетами фильмов.
- С кого на советской эстраде начался разворот в сторону сексуальности?
- На эстраде это точно началось с «оттепели» 60-х. Никакой обнаженки не было еще, но когда на сцене вместо рыхлых дам в пиджаках вдруг появились молодые стройные певицы с утянутой талией, - тогда это воспринималось почти как обнаженка. Как эротический подтекст. Это не манифестировалось, но считывалось как сексуальность. Лариса Мондрус, Тамара Миансарова, Нина Дорда, Майя Кристалинская, Аида Ведищева, Мария Пахоменко, - да они были секси-богини тех лет. Молодежь хлынула на их концерты. Гормональный фон зашкаливал. А ведь это было еще подкреплено фильмами вроде "Операция «Ы» и другие приключения Шурика" Гайдая со стройной Натальей Селезневой. Буквально за десятилетие у советских мужчин сменился идеал женской красоты, это было. И когда худенькая Гурченко в комедии "Любовь и голуби" (1984) Владимира Меньшова в ироническом ключе показывает свои фитнесс-процедуры и строгую диету, - так это действительно стало модно в те годы! Это было максимально секси тогда, но без иронии фильм бы просто не выпустили в прокат, Меньшов там и так сделал много компромиссов, чтобы спасти свой фильм.
В 90-е же все заслоны сняли, и красивые девушки смогли впервые в истории России показать свою сексуальность. Что я, как мужчина, только одобряю, если это не пошлятина. Уверен, что у нас в России самые красивые девушки в мире. Много где был, и все равно уверен. Удивительно, но до появления музыкального телевидения певицы доказывали это вообще не обнаженкой, а своим голосом. Голоса Марины Журавлевой, Алены Апиной, Татьяны Булановой, Натали, Маргариты Суханкиной, Марины Хлебниковой звучали из кассет во всех поездах, из каждого утюга, но никто не знал их в лицо. Их полюбили за сексуальный голос. И не разлюбили до сих пор. Ничего подобного в западном шоу-бизнесе нет.
А вот когда в нулевые появилось музыкальное телевидение, вроде MTV и Муз-ТВ, - ситуация резко переменилась. Началась эпоха клипов. Кстати, это можно называть матриархатом, потому что в визуальном восприятии красивые девушки имели явное преимущество над парнями. Самоуничтожился стандарт, что музыкой реально могут заниматься только парни, и это было реально важно. В России появилось огромное количество певиц, женских поп-групп, которые стали снимать клипы с упором на сексуальность. Прорвался многотысячелетний запрет. И что? Да ничто. Просто теперь шансы собрать зал у бойз-бенда и герлс-бенда стали примерно равны.
- Часто приходится слышать, что сегодня мы потихонечку возвращаемся к советскому отношению к эротике сексу на экране и сцене. Одни это одобряют, считая, что вседозволенность, хлынувшая потом на кино и теле экраны вреднее, чем наивная романтика советского кино. Другие считают это торжеством ханжества. Насколько это справедливо? И чего в этом больше – плюсов или минусов?
- История нашего кино показала, что отсутствие запретов - благотворно. Индустрия сама себя регулирует. Ну вот Вы можете вспомнить хоть один случай, когда вышел ужасный эротический фильм, и были бы последствия в реальной ситуации? Я такого не знаю. В эстрадной музыке могут быть перегибы, - ну просто не слушайте это. Артисты получают деньги от стримингов, и если вы не слушаете, - они просто перестают их получать. И реагируют.
Вернуться к советскому прошлому в виде старых кино-шедевров хорошо, но как будто нереально. Зачем снимать еще одну вариацию на советские шедевры, если жизнь капитально переменилась? Надо же снимать про новую жизнь, часто очень непростую. Этого ждут зрители. Когда они перестают ждать сказку, они ждут кино про новую реальность.
Так что ханжество - обычное и лицемерное. А романтику мы видим и в кино, и в жизни. Искусство ее проецирует как выпуклую линзу. Просто не мешайте искусству.
Гуру КЕН
/ для издания «Новое дело» /
